Аналитик по геополитике Питер Зейхан в своих работах высказывает мнение, что «глобализация рухнет, и США станут единственной безопасной сверхдержавой». В ответ на это технологический мыслитель Баладжи Сриинивасан в одной длинной статье с экономическими данными, анализом промышленности и международной ситуацией предлагает совершенно противоположную точку зрения, считая, что глобальная экономика возвращается к евразийскому центру, влияние США снижается, а Китай продолжает расширяться, формируя новый мировой порядок «упадка США и подъема Китая».
Центр мировой экономики смещается на восток: контроль возвращается в Евразию
Баладжи отмечает, что с долгосрочной исторической точки зрения, центр мировой экономики (Economic Center of Gravity) изначально находился в центре Евразийского континента, включающего Китай, Индию, Ближний Восток и Европу. В середине XX века благодаря политическим и экономическим преимуществам после Второй мировой войны США на некоторое время стали ядром глобальной системы и создали международный порядок на базе ООН, Всемирного банка и МВФ.
Исторические изменения центра мировой экономики: взвешивая ВВП по регионам, видно, что экономика возвращается из Запада в Азию
Однако с окончанием холодной войны и углублением глобализации экономики России, Индии и Китая постепенно интегрировались в капиталовые рынки, и структура мировой экономики начала возвращаться к «многополярности» и «евразийскому центру». Согласно расчетам по паритету покупательной способности (GDP-PPP), Китай, Индия и Россия уже входят в пятерку крупнейших экономик мира, что свидетельствует о постепенном снижении доминирования Запада.
За последние 2000 лет доля крупнейших держав в мировом ВВП менялась. Внутреннее давление в США проявляется: усиливается экономическая и политическая поляризация
Баладжи дополнительно анализирует, что США сталкиваются с структурными вызовами, включая конкуренцию в промышленности и социальное расколение. Поддерживающие республиканцы в основном происходят из групп, пострадавших от глобализации и переноса производств, а демократы сталкиваются с вызовами, связанными с информационными и социальными изменениями в эпоху цифровых технологий.
Вот несколько графиков политической поляризации в США. Независимо от того, смотрите ли вы на голосующих конгрессменов или на отдельных людей в соцсетях, эта тенденция растет.
2015: Plos One
2016: Vox
2017: CJR
2017: Pew… pic.twitter.com/HEN7Idl5A2
— Balaji (@balajis) 16 марта 2026 г.
Политические лозунги вроде «Сделаем Америку снова великой (MAGA)» и «Восстановим лучшее (Build Back Better)» в определенной степени отражают консенсус американского общества о том, что «сейчас хуже, чем раньше». Усиление политической поляризации также создает дополнительные неопределенности в управлении страной и реализации долгосрочной политики.
Китай фактически выиграл торговую войну: конкуренция в цепочках поставок меняет расклад сил
В промышленности и торговле Баладжи считает, что Китай уже занял лидирующие позиции во многих ключевых сферах, включая сталь, электроэнергию, автомобили, судостроение, солнечную энергию и редкоземельные металлы. Китай одновременно является крупнейшим экспортёром в мире и продолжает расширять свое влияние в Европе и на других рынках.
За последние 20 лет контроль над глобальной торговлей постепенно перешел от США к Китаю
Несмотря на существующие разрывы в области высокотехнологичных чипов, авиастроения и некоторых аспектов искусственного интеллекта, Китай постепенно сокращает отставание, продвигая отечественные пассажирские самолеты C919, развивая передовые технологические процессы для чипов и добиваясь прогресса в области гуманоидных роботов и физических AI. Он считает, что в рамках торговой войны между США и Китаем именно Китай может оказаться настоящим победителем.
Мировой морской порядок без США: Китай способен взять на себя больше ролей
Отвечая на мнение Зейхана о том, что «после ухода США глобальный морской транспорт рухнет», Баладжи предлагает иное толкование. Он считает, что в краткосрочной перспективе цепочки поставок действительно могут столкнуться с потрясениями, но в долгосрочной — мировой морской транспорт может перестроиться вокруг Китая.
Баладжи подчеркивает, что причина в том, что у Китая есть мощные кораблестроительные мощности и военно-морской потенциал, а также он является одним из важнейших участников глобальной торговли: «Под воздействием экономических интересов у Китая есть мотивация и возможность поддерживать стабильность ключевых морских путей, и в будущем он может играть еще более важную роль в обеспечении безопасности».
Переход к стареющему обществу: влияние демографической структуры на экономику еще предстоит оценить
Демографические вопросы также являются одним из предметов споров. Зейхан считает, что Китай столкнется с проблемой «старения до богатства», однако Баладжи указывает, что старение населения не обязательно ведет к экономическому спаду, особенно при развитии автоматизации и робототехники, которые могут частично компенсировать нехватку рабочей силы.
Он также отмечает, что США сталкиваются с проблемами социальной структуры и доверия, включая разрыв между богатыми и бедными, социальное расколение и вызовы в области управления обществом, что мешает полностью реализовать их демографическое преимущество в экономической конкуренции.
Может ли США сохранить свою изоляционную преимущество? Баладжи: трудно!
Что касается утверждения Зейхана о том, что «Северная Америка сохранит безопасность и процветание», Баладжи выражает осторожность. Он считает, что США сильно зависят от глобальной финансовой системы и статуса доллара, и при снижении их влияния это может негативно сказаться на их экономической модели.
Кроме того, внутренние политические противоречия, зависимость от импорта, гипотетическая независимость ресурсов и огромный долг — все это потенциальные риски. Однако он все же уверен, что США сохраняют долгосрочные преимущества в области технологий, военной мощи и финансовых систем.
(Гонконгский пролив: героическая битва или предвестие гибели США? — Рэй Далио предупреждает, что война с Ираном может стать ключевым поворотным моментом в упадке Америки)
От геополитики к технологической конкуренции: смена центра власти в новой эпохе
В заключении статьи подчеркивается, что современная глобальная конкуренция уже выходит за рамки традиционной геополитики и включает такие сферы, как искусственный интеллект, социальные медиа, беспилотники и цифровые финансы, — так называемая «технополитика» (technopolitics).
На таком фоне будущий мировой порядок, возможно, перестанет определяться одной страной, а будет формироваться совместными усилиями государств и цифровых сетей. Конкуренция между США и Китаем также расширится с производства и торговли до технологий и суверенитета данных.
Эта статья, в которой Баладжи выражает пессимизм относительно продолжения американского гегемония, подчеркивает, что мировой экономический уклон смещается в сторону Евразии, а Китай берет на себя роль лидера глобальных морских перевозок. Первое появление этой идеи — в издании Chain News ABMedia.
