Автор: The Block, перевод: Azuma
Редакционное замечание: 11 октября рынок криптовалют пережил эпический обвал, и хотя с тех пор прошла неделя, обсуждения причин падения и его последствий все еще не прекращаются.
15 октября основатель и генеральный директор ведущего маркет-мейкера Wintermute Евгений Гаевой, который участвовал в подкасте The Block, высказал свое мнение о событии “1011”, отметив, что в день резкого падения ходили слухи о крахе, но позже они были опровергнуты.
Ниже приведены основные моменты этого подкаста, с учетом плавности чтения, содержание было сокращено.
Полный беспорядок за час
Ведущий: Давайте перейдем к делу. То, что произошло 11 октября, стало шоком для всего рынка. Можете ли вы рассказать нам, что именно произошло в тот день? Что стало причиной обрушения? Как Wintermute справился с такой ситуацией?
Евгений Гаевой: Честно говоря, нам все еще нужно больше времени, чтобы полностью разобраться в причинах этого обрушения, но одно ясно — катализатором, похоже, снова стали новости, связанные с Трампом, которые постепенно привели к крупнейшему событию ликвидации в истории криптовалют.
Тот день был крайне необычным для всех — не только для обычных трейдеров, но и для маркет-мейкеров. В течение часа рынок полностью вышел из строя.
Позже мы обсудим механизм ADL и поговорим о том, чем этот обвал отличается от предыдущих колебаний рынка. Можно с уверенностью сказать, что этот день был очень трудным и беспрецедентным для многих.
Все еще не ясно, кто понес наибольшие убытки, возможно, это хедж-фонды
Ведущий: Открытая статистика показывает, что в тот день было ликвидировано около 19 миллиардов долларов, но поскольку Binance не полностью раскрыла данные (система может показывать ликвидацию только раз в секунду), фактическая цифра может быть гораздо больше, как минимум от 25 до 30 миллиардов долларов. Это означает, что недавняя ликвидация была более чем в пять раз больше, чем вторая по величине ликвидация ранее. Почему так произошло? Из-за слишком высокого уровня кредитного плеча в системе? Или из-за сбоя некоторых ключевых инфраструктур, что помешало таким маркет-мейкерам, как вы, вовремя вмешаться, чтобы остановить цепную реакцию краха.
Евгений Гаевой: Я считаю, что это результат сочетания нескольких факторов. С одной стороны, в системе действительно больше кредитного плеча; с другой стороны, на рынке появилось больше видов токенов, больше бессрочных контрактов и больше крупных платформ для торговли этими бессрочными контрактами. Вспоминая три-четыре года назад, у нас не было столько бессрочных контрактов с огромным объемом открытых позиций, которые несут в себе огромный риск краха. С точки зрения зрелости рынка, хотя в целом он действительно стал более совершенным и сложным, такое развитие также породило множество проблем.
В настоящее время нам все еще неясно, кто именно “обанкротился”, кто понес наибольшие убытки, но я подозреваю, что многие сильно пострадавшие учреждения на самом деле использовали стратегию хеджирования (long-short strategy), например, они могли шортить биткойн и лонгить некоторые альткойны, полагая, что это поможет им хеджировать риски, но в итоге они попали под механизм ADL.
Кроме того, когда на рынке происходят экстремальные падения, различные торговые пути часто застревают. Это особенно проблематично для маркетмейкеров. Например, вы покупаете на Binance и продаете на Coinbase, и в итоге замечаете, что у вас становится все больше стейблкоинов на Coinbase, а на Binance вы получили токены — но в это время выводы с обеих сторон заблокированы, и вы совершенно не можете переместить активы.
Поэтому, когда люди говорят, что «маркетмейкеры выходят с рынка и не хотят предоставлять ликвидность», чаще всего это не «не хотят», а «просто не могут» — не могут ни сделать ставку здесь, ни разместить ордер там, потому что активы просто не могут двигаться. Эта ситуация происходит не только на централизованных биржах (CEX), DeFi тоже не избежала этого. Это и есть самая сложная проблема — вы просто не можете проводить перераспределение активов между платформами.
Недостаточно прозрачный ADL вызывает путаницу
Ведущий: Вы упомянули ADL (автоматическое уменьшение позиции), я предполагаю, что, возможно, 90% пользователей криптовалют впервые слышат это слово. Можете объяснить принцип работы ADL и почему он вызвал так много путаницы в этом событии? Кроме того, как отсутствие активности маркетмейкеров на нескольких биржах одновременно влияет на эффективность рынка?
Евгений Гаевой: ADL (автоматическое уменьшение заемного плеча) по сути является «последней линией обороны» для биржи. Обычно, когда маржи по вашей вечной контрактной позиции недостаточно, биржа напрямую ликвидирует вашу позицию на рынке; если ликвидация не удалась, то, по идее, убытки должны покрываться страховочным фондом.
Механизм ADL обычно вообще не срабатывает, многие биржи не использовали его в течение многих лет. Он изначально был разработан как средство на крайний случай. В экстремальных ситуациях, таких как массовое падение, как в случае 1011, и цепные ликвидации, если продолжать принудительное закрытие позиций через ордерную книгу, цена может упасть до “нуля”, и вся биржа окажется в состоянии неплатежеспособности, а шортисты получат огромную прибыль. Поэтому биржи попытаются использовать ADL для принудительного частичного закрытия коротких позиций, что эквивалентно искусственному соответствию шортов и ликвидируемых длинных позиций, создавая своего рода “виртуальное погашение”, чтобы предотвратить полное обрушение цены.
Теоретически это «элегантное» решение, но при условии, что исполнение должно быть упорядоченным, в этот раз оно явно очень запутанное. Основная проблема заключается в том, как устанавливается цена исполнения ADL? Это станет центром внимания многих торговых учреждений, которые будут обращаться к бирже с вопросами в течение ближайших дней и даже недель.
На этот раз многие институциональные позиции были принудительно ликвидированы по совершенно абсурдным ценам. Например, в нашем случае некоторые цены ADL были совершенно нелогичными: рыночная цена была 1 доллар, а наша короткая позиция была принудительно ликвидирована системой по цене 5 долларов. Это совершенно не возможно хеджировать, можно только мгновенно понести убытки.
Существует ли привилегия “без ADL”?
Ведущий: Насколько мне известно, Ethena подписала соглашения с некоторыми биржами об исключении из автоматического ликвидационного процесса (ADL). Могут ли такие крупные маркет-мейкеры, как вы, получить аналогичную защиту? Почему у Ethena есть такие особые условия?
Евгений Гаевой: Прежде всего, я не совсем уверен, что Ethena пользуется этой привилегией. Также следует отметить, что Ethena в основном торгует BTC и ETH, которые сами по себе реже вызывают ADL. ADL в большей степени относится к различным альткойнам и мем-коинам. Если существует такая защитная механика, мы, конечно, будем этому рады.
Но должны ли биржи широко предоставлять такие условия? Не обязательно. Я считаю, что если это будет реализовано, то должно быть открыто и прозрачно, инвесторы должны знать, какие непогашенные контракты пользуются привилегиями免 ADL, иначе это приведет к неблагоприятной рыночной структуре. Мы, конечно, приветствуем такую защиту, но при условии, что будет создана высокая степень прозрачности в механизме раскрытия информации, иначе так называемые привилегии останутся лишь теорией заговора.
Еще один ключевой момент, который редко обсуждается, заключается в том, что некоторые биржи (например, Coinbase и Kraken) внедрили программы защиты ликвидности для маркетмейкеров, аналогичные тем, что ранее существовали у FTX. Эти программы позволяли маркетмейкерам принимать на себя позиции, подлежащие ликвидации, минуя страховой фонд и ADL. Это позволяло наиболее рискованным маркетмейкерам поглощать эти риски. Однако на основных платформах, которые столкнулись с массовыми ликвидациями, такие программы отсутствовали. Я считаю, что перезапуск таких программ значительно улучшит устойчивость рынка.
Нужен ли рынку механизм “аварийного отключения”
Ведущий: Существует мнение, что текущая волна ликвидаций более серьезна, чем в прошлые разы, отчасти потому, что Hyperliquid сейчас является одной из трех ведущих бирж по непогашенным позициям в сети, и многие ее данные очень прозрачны — включая информацию о ценах ликвидации, которой в централизованных биржах, таких как Binance, OKX и Bybit, совершенно не видно. Некоторые люди считают, что это может позволить некоторым легче оценить: “если мы просто опустим цену сюда, это может вызвать ликвидацию”, в результате чего возникает цепная реакция ликвидаций. Как вы считаете, действительно ли такая прозрачность могла способствовать этой волне ликвидаций, приведя к падению некоторых активов на 90% и более?
Евгений Гаевой: Я считаю, что если бы в мире существовала только одна биржа Hyperliquid, то теория заговора о «целенаправленной атаке» могла бы казаться более правдоподобной — то есть действительно кто-то специально следит за Hyperliquid, чтобы спровоцировать эту цепочку ликвидаций. Но на самом деле, значительное количество открытых позиций по-прежнему присутствует на тех биржах, где нельзя увидеть уровни ликвидации, поэтому я думаю, что вероятность правдивости такого утверждения невелика.
Я думаю, что более интересный момент заключается в том, станет ли Hyperliquid направлением будущего в индустрии? Иными словами, может ли его механизм “все точки расчета открыты и видимы” стать отраслевым стандартом?
Я лично считаю, что Hyperliquid в конечном итоге должна найти баланс между прозрачностью и конфиденциальностью — на данный момент раскрытие информации действительно немного “избыточно”. Одним из решений может быть повышение конфиденциальности; другой потенциальный вариант — введение механизмов автоматической остановки (circuit breakers).
Эта функция отсутствует на всех централизованных биржах. Хотя я в целом могу понять причины, она действительно должна быть. Особенно для некоторых стабильных активов или основных токенов, когда вы видите, что они теряют привязку и опускаются до 0,6 доллара, следует приостановить торговлю или переключиться в режим аукциона, а не позволять им бесконечно падать.
На традиционных финансовых рынках почти каждая биржа — будь то фондовая, фьючерсная или товарная — оснащена механизмом «аварийного останова». Он предотвращает резкое падение стоимости базового актива за короткий промежуток времени, система автоматически приостанавливает торговлю или переходит в режим аукциона, или сочетает оба метода. Но на криптовалютных рынках ни одна биржа не имеет такого механизма, что всегда меня озадачивало. Если бы был механизм «аварийного останова», это могло бы защитить многих розничных инвесторов от цепной ликвидации.
Конечно, некоторые могут спросить — если только одна биржа (например, Coinbase) применяет механизм разрыва торговли, а Binance нет, будет ли это полезно? В конце концов, многие процессы ценообразования на самом деле происходят на Binance. Таким образом, даже если Coinbase остановит торги, цены на криптовалюты все равно будут продолжать колебаться на других платформах (включая рынки на блокчейне). Поэтому, если только одна биржа применяет механизм разрыва, его эффективность может быть ограниченной. Чтобы это действительно работало, большинство бирж должны сотрудничать в его использовании.
Это на самом деле вопрос компромисса (trade-off). Вам нужно сделать выбор между двумя рисками: позволить цене упасть, ликвидировав все длинные позиции? Или выбрать приостановку торговли, чтобы гарантировать, что биржа сохраняет платежеспособность?
Например, если биткойн падает на 20% на какой-либо бирже, как биржа, вы вполне можете судить, что это аномальное колебание, а не крах основ. В этом случае введение механизма приостановки торговли будет разумным; но если это альткойн упал на 50%, то это может считаться нормальным колебанием, и рынок может сам очиститься. Поэтому механизм приостановки торговли должен быть введен как минимум для определенных торговых пар или типов активов.
Будет ли биржа активно “выключать интернет”?
Ведущий: В прошлом также ходили слухи, что некоторые биржи якобы «делают вид, что они зависли», на самом деле это вызвано искусственным срабатыванием аварийной остановки. Например, во время обвала 2020 года из-за пандемии BitMEX действительно отключалась в процессе краха, и тогда на рынке широко обсуждалось, что они сделали это, чтобы избежать падения цен на 99%. Как вы думаете, это действительно было срабатывание аварийной остановки? Или это просто из-за того, что техническая архитектура не выдерживала нагрузки? Более того, почему такие биржи, как Binance, до сих пор испытывают сбои? Зная, что будет огромный поток торговых заявок, почему они все еще не улучшили свою инфраструктуру?
Евгений Гаевой: Я склонен считать, что самое простое объяснение часто является правильным. На мой взгляд, причина очень проста — инфраструктура большинства централизованных бирж ужасна и далеко не соответствует техническому уровню традиционных финансовых рынков (таких как Чикагская биржа, Нью-Йоркская фондовая биржа, NASDAQ). Хотя есть исторические причины, в краткосрочной перспективе никто действительно не перейдет на технологическую архитектуру уровня NASDAQ.
И именно из-за такого отставания в технологии эти платформы часто просто выходят из строя при высокой нагрузке. Я считаю, что это более разумное объяснение, чем любые теории заговора. Я не думаю, что биржи будут намеренно “выводить из строя мелких инвесторов”, чтобы заработать деньги из страхового фонда, так как это слишком рискованно.
С коммерческой точки зрения для бирж и маркет-мейкеров гораздо выгоднее, чтобы розничные инвесторы продолжали торговать, повторно участвовали в играх и оставались на длительный срок, чем “каждый год очищать розничных инвесторов”. Потому что, как только все будут очищены, многие люди полностью уйдут с рынка и больше не вернутся.
Будут ли обрушения у учреждений?
Ведущий: Я все еще помню крах Luna, хотя он и не был таким серьезным, но последствия были глубокими. Тогда нам потребовалось около двух-трех недель, чтобы понять, что Three Arrows Capital (3AC) фактически обанкротилась. А объем ликвидаций на этот раз в 5-10 раз больше, чем тогда. Хотя в обществе есть предположения о том, что некоторые маркетмейкеры, торговые компании и кредитные учреждения понесли значительные убытки, на данный момент не слышно о том, чтобы какая-либо из компаний полностью обанкротилась или закрылась; максимум, что слышно, это о том, что несколько торговых компаний “потеряли немного денег”. Как ты думаешь, какая компания может быть следующей, обнаруженной с проблемами? В конце концов, объем открытых позиций и масштаб ликвидаций стали рекордными.
Евгений Гаевой: Я считаю, что по сравнению с 2022 годом степень взаимосвязанности рынка (interconnectedness) сейчас значительно снизилась. В то время, когда Three Arrows рухнули, весь рынок был напрямую вытянут их длинными позициями.
Теперь, если говорить о том, что маркет-мейкер действительно обанкротился, вам следует спросить, на кого это повлияет? Насколько длинная цепочка влияния? Все больше всего беспокоит так называемая “инфекционная реакция”. Вы помните, как тогда действовал Alameda? Когда рынок начал расти, они начали безумно распродажу активов в DeFi, и это было очень заметно.
Если маркетмейкер действительно обанкротится, например, Wintermute — это всего лишь гипотеза — каков будет результат? У нас есть некоторые кредиты, которые могут стать нулевыми; у нас также есть некоторые маркетинговые контракты с протоколами, которые могут все еще действовать; после банкротства теоретически мы можем продать часть активов, чтобы вернуть средства, или просто сбежать (шутка); кроме того, у нас есть контрагенты по расчетам, которые могут хранить у нас залог, например, BTC или ETH.
Таким образом, реальный круг влияния в основном включает в себя протоколы, обслуживаемые маркет-мейкерами, а также контрагентов, с которыми у маркет-мейкеров есть маржинальные отношения. Наихудший сценарий заключается в том, что они начнут распродажу имеющихся BTC или ETH для получения наличных, но на самом деле масштаб этого воздействия довольно ограничен.
Если это будут некоторые небольшие маркет-мейкеры, они действительно могут быть «уничтожены». Они могут продать некоторые определенные токены, например, токены проектов, за которые они отвечают как маркет-мейкеры, но, честно говоря, такая мера обычно не приносит пользы, потому что ликвидность этих токенов ограничена, и распродажа становится слишком очевидной, рынок сразу заметит.
Таким образом, в целом, охват инфекции в этот раз по сравнению с 2022 годом был очень ограниченным. Тогда, например, Three Arrows одолжила Genesis, Genesis снова заняла деньги у Gemini, и вся отрасль была взаимосвязана, что в итоге привело к цепочке банкротств, а нынешняя система гораздо чище, и риски лучше изолированы.
Опыт и уроки после экстремальных рыночных условий
Ведущий: После этого инцидента у вас есть какие-либо размышления или уроки? Например, есть ли что-то, что нужно улучшить в стратегиях реагирования, управлении рисками или механизмах хеджирования?
Евгений Гаевой: Проблема таких событий в том, что они могут происходить раз в год или два. Вы можете многому научиться, но если выделить большие ресурсы для оптимизации под такие “черные лебеди”, это может оказаться невыгодным.
Многие маркет-мейкеры на этот раз просто вышли с рынка, потому что такие экстремальные условия совершенно не подходят для их систем. Мы все еще здесь, но участвуем только с очень ограниченной позицией — проблема с запасами, о которой мы упоминали ранее, ограничила наши возможности. Хотя мы уже сталкивались с подобной ситуацией, на этот раз это действительно сложнее, чем когда-либо. Если добавить к этому ADL (автоматическое сокращение позиций), то становится еще более проблематично.
Мы действительно извлекли урок из этого опыта, а именно, что нужно лучше справляться с событиями ADL. Хотя наша система реагирует быстро, способна мгновенно обнаруживать изменения в незакрытых позициях и автоматически корректировать их. Однако, когда вы получаете 500 писем ADL от Binance, вам всё равно нужно управлять этим вручную. Конечно, вы можете разработать идеальную систему, которая будет автоматически и безупречно торговать в таких экстремальных условиях, но это не имеет смысла для остальных 364 дней в году и не стоит затрат.
Сегодня утром мы также провели встречу, чтобы обсудить следующие шаги по улучшению, например, в системе报价 мы имеем много внутренних “циркуляционных предохранителей” (circuit breakers), которые срабатывают слишком часто, практически каждую минуту происходит отключение. В будущем мы, возможно, сделаем их срабатывание менее агрессивным в условиях экстремального рынка.
В целом, мы довольны своим выступлением в ответ на ситуацию. Хотя на ADL были некоторые убытки, благодаря высокой волатильности мы также неплохо заработали, что в конечном итоге компенсировало друг друга. Конечно, можно было бы лучше, но в целом все в порядке.
Сейчас много FUD, и это довольно раздражает. Мы потратили много времени на общение и объяснение нашей ситуации с запасами с соперниками и партнерами по соглашению. Это неприятно, но в то же время вполне объяснимо — в конце концов, все очень напряжены.
Каковы ожидания на рынке?
Ведущий: Итак, как вы смотрите на предстоящие месяцы? Этот масштаб ликвидации стал историческим рекордом, значительно превысив события FTX, Luna и другие, но на этот раз, похоже, никто не считает это “концом света”, просто многие понесли большие убытки.
Евгений Гаевой: Я думаю, что в ближайшие несколько месяцев основное влияние будет заключаться в следующем: сегменты, выходящие за рамки основных монет (majors), будут подвергаться ударам, потому что эта ликвидация в основном сосредоточена на альткойнах. Сейчас на рынке альткойнов и мем-криптов гораздо больше, чем четыре года назад, деньги инвесторов меньше и более осторожны, поэтому я считаю, что рыночная активность альткойнов заметно снизится. Конечно, каждый день на рынок приходят новые розничные инвесторы, так что рынок рано или поздно восстановится, но в краткосрочной перспективе не будет большого “сезона альткойнов”.
Тем не менее, стоит отметить, что биткойн, эфириум и даже Солана показали стабильные результаты. Например, Cosmos (ATOM) однажды упал на 99,9%, в то время как максимальное падение BTC и ETH составило всего 15%, что является довольно умеренным.
Ликвидность будет дальше сосредоточиваться на BTC, ETH, SOL
Ведущий: Значит ли это, что зрелость рынка и самих активов повысилась?
Евгений Гаевой: Я думаю, да. Биткойн сейчас стал активом институционального уровня. Есть ETF, поддержка от MicroStrategy и инфраструктура, такая как фьючерсы CME. Эфириум в основном тоже близок к такому статусу, Солана также приближается.
Поэтому я не беспокоюсь о том, что BTC может резко обрушиться, если только не произойдет что-то очень странное, вроде атаки квантовых вычислений.
Это на самом деле позитивный сигнал, который указывает на то, что некоторые основные активы уже “безопасны для долгосрочного удержания”. Чем больше ETF и чем шире каналы доступа, тем меньше их волатильность, что также означает, что вы можете с большей уверенностью и с более высоким кредитным плечом держать BTC, ETH и даже SOL. В будущем мы также увидим, как все большее количество кредитного плеча и ликвидности будет сосредотачиваться на этих активах.
Механизм экстренного реагирования Wintremute
Ведущий: Ваши сотрудники в основном находятся в Лондоне, верно? Хотя у вас есть офисы за границей, но я предполагаю, что большая часть вашей торговой команды и ключевые члены находятся в Лондоне. Время, когда произошла эта ситуация, уже довольно поздно для Лондона, почти вечер или даже ночь. Так как вы справляетесь с такими непредвиденными событиями, когда ваши трейдеры спят? У вас есть команды в других странах, которые могут немедленно взять на себя управление? Каков сейчас уровень автоматизации торговли? Как вы справляетесь с такими непредвиденными событиями, если они происходят в самое неподходящее время для вашего часового пояса?
Евгений Гаевой: Да, на самом деле мы должны поблагодарить “трамп行情” (Trump rallies) за это, мы давно уже привыкли к такой ситуации — экстремальные колебания часто происходят в выходные или в пятницу глубокой ночью по лондонскому времени.
Так что, хотя это снова довольно шокирующе, мы на самом деле были к этому готовы. Конечно, честно говоря, это очень плохо сказывается на балансе жизни трейдеров, но это так в любой торговой компании.
Обычно мы распределяем работу таким образом — лондонский офис и сингапурский офис работают поочередно. Примерно в 10-11 часов вечера по лондонскому времени команда из Сингапура берёт на себя сделки, в то время как люди в Лондоне начинают постепенно “расслабляться”, но этот рынок разгорелся перед передачей, так что мы ещё не успели расслабиться, и все оказались вовлечены. В ту ночь действительно было очень忙.
Ведущий: Я разговаривал с другим маркет-мейкером, и они сказали, что у них есть устройство, которое будет будить трейдеров ночью, если на рынке произойдут резкие колебания. Я думаю, это может быть связано с тем, что их масштаб меньше, чем у вас, и у них нет глобальной команды, которая могла бы подменять друг друга. У вас тоже есть такая система? Например, если какой-то актив внезапно упадет на 15%, разбудит ли система кого-то? Или сейчас вы достаточно широко распределены, чтобы спокойно спать?
Евгений Гаевой: В основном, меня будят только тогда, когда ситуация действительно очень плохая, и мы потеряли много денег. Так что на самом деле в ту ночь я спал довольно хорошо.
Наутро второго дня я проснулся в восемь часов и увидел в Twitter кучу сообщений с вопросами вроде “Вы что, мертвы?”, и только тогда я начал разбираться с этим FUD. Команда почти не спала той ночью, но я спал хорошо.
Это также “роскошь” управления крупной, проприетарной торговой компанией — у вас достаточно трейдеров, чтобы передать эстафету, вы можете спокойно спать и решить проблемы на следующий день.
Поэтому, если меня разбудят в три часа ночи, значит, действительно что-то серьезное случилось. До сих пор этого не происходило.
Мнение о производительности DeFi
Ведущий: Из этого события вы заметили что-то особенное в области DeFi? Хотя ваши действия в DeFi не так уж и велики, но они все же имели место. Были ли какие-либо проблемы или неожиданные моменты? Например, я заметил, что Aave хорошо проявил себя во время этого резкого падения, ликвидаций было не так много, система была довольно устойчивой. По сравнению с прошлым, DeFi на этот раз действительно довольно крепок.
Евгений Гаевой: У нас там ситуация с DeFi слишком плохая. Но действительно, в DeFi мы сталкиваемся с теми же проблемами, что и в CeFi: нехватка запасов (inventory issue).
Наши позиции находятся на Binance, но их невозможно вывести, поэтому все, что можно было продать на DeFi, продано, а всё, что можно было купить на Binance, куплено, но активы нельзя перенести, только ждать возврата запасов. Конечно, мы могли бы занять активы для создания рынка, но это очень рискованно, возможно, будет ликвидация. Другой способ — устанавливать разные цены на USDC на различных рынках (например, DeFi и Binance) для арбитража между рынками, но это тоже сложно осуществить.
Это экстремальное событие на самом деле происходит всего раз в год, и вы не можете специально под него создавать систему. Мы видим, что большинство конкурентов просто приостановили DeFi-трейдинг во время этого события, возможно, их контрольные механизмы были активированы.
Я довольно доволен нашей работой. Хотя мы могли бы заработать больше денег, но действительно просто исчерпали запасы.
О FUD
Ведущий: Последний вопрос — Wintermute (WM) почти стал «козлом отпущения» в криптосообществе. На любое колебание на рынке все сваливают вину на вас. Например, когда кто-то обнаружил, что вы положили несколько сотен миллионов долларов на Binance перед падением, сразу же пошли слухи о том, что вы манипулируете рынком. На самом деле, я знаю, что это всего лишь нейтральная арбитражная позиция (delta neutral trade), но слухи всё равно летают повсюду. Вас это волнует? Хотя вы не зависите от розничных инвесторов и не обращаете внимания на общественное мнение в Twitter, вас больше интересуют LP (поставщики ликвидности) и партнерские соглашения. Но как вы лично справляетесь с этим? Злитесь ли вы? Или уже научились не обращать на это внимания?
Евгений Гаевой: Честно говоря, я уже полностью отпустил это. Мне просто грустно от того, что кто-то может быть таким глупым. Они собирают совершенно не связанные фрагменты данных, делают абсурдные выводы и при этом уверены в себе.
Например, кто-то увидел, что мы вложили 700 миллионов долларов в Binance в тот день и закричал: “Wintermute собирается обрушить рынок”, но они совершенно не заметили, что мы в тот же день сняли почти такую же сумму. Эти люди на самом деле просто ставят на альткойны — а мы как раз те, кто зарабатывает на них.
Так что это своего рода “экосистема” — они кричат в крипто-твиттере, а мы получаем прибыль от их глупости. Это немного печально, но если бы все они стали умными, наши объемы торговли действительно могли бы снизиться.
Мы всегда были нетто быками
Ведущий: Будете ли вы рассматривать возможность расширения на другие виды деятельности, помимо маркетмейкинга? Например, собственная торговля, инвестиции или что-то еще?
Евгений Гаевой: На самом деле мы всегда занимались и другими делами, но у внешнего мира есть заблуждение, что мы каждый день играем на понижение. На самом деле мы почти всегда находимся в чистом длинном положении.
Мы начали в целом быть оптимистами с 2022 года и даже раньше. У нас есть венчурный отдел, который инвестировал во множество проектов, и благодаря этому мы получили немало заблокированных токенов. Мы также владеем большим количеством основных активов, таких как BTC, ETH, HYPE, SOL. Мы не можем обрушить рынок, потому что это напрямую повредит нашим собственным позициям.
В управлении рисками у нас есть четкие правила: наша длинная позиция не будет превышать 25% от чистых активов, даже если рынок завтра полностью обрушится, мы потеряем максимум 25% и не обанкротимся. Мы также не будем вкладывать более 35% от чистых активов на одну платформу, так что даже если Binance завтра рухнет, как FTX, мы все равно сможем выжить.
Вот почему мы смогли пережить крах FTX и справиться с хакерскими атаками. Если только пять крупнейших бирж не исчезнут одновременно, мы все сможем выжить.
